По его мнению:

• К 2029 году за 100 долларов США можно будет купить систему хранения емкостью в 11 петабайт. Такого объема электронной памяти будет достаточно, чтобы круглосуточно проигрывать видео DVD-качества в течение 600 с лишним лет.
• В предстоящие 10 лет скорость передачи данных в домашних сетях увеличится в 20 раз.
• К 2013 году ежемесячный объем трафика в беспроводных сетях составит 400 петабайт (сегодня весь мировой сетевой трафик составляет 9 экзабайт в месяц).
• К концу 2010 года на каждого жителя нашей планеты будет приходиться по миллиарду транзисторов стоимостью одна миллионная американского цента каждый.
• Интернет эволюционирует до такой степени, что сможет поддерживать мгновенные коммуникации независимо от расстояния.
• Первый коммерческий квантовый компьютер появится к середине 2020 года.
• К 2020 году персональный компьютер стоимостью в одну тысячу долларов США по своей вычислительной мощности сравняется с человеческим мозгом.
• К 2030 году вычислительная мощность персонального компьютера стоимостью в одну тысячу долларов США будет равна мыслительной способности населения целого поселка.
• К 2050 году, если к тому времени население нашей планеты составит 9 млрд людей, мощность вычислительного устройства стоимостью в одну тысячу долларов США будет равна вычислительной мощности всего человечества.
• Сегодня мы знаем 5 процентов того, что нам станет известно через 50 лет. Другими словами, 95 процентов знаний, которые будут доступны людям к 2060 году, станут результатом открытий, сделанных в  предстоящие 50 лет.
• В ближайшие 2 года объем информации в нашем мире будет ежегодно увеличиваться в шесть раз, а объем корпоративных данных в тот же период будет ежегодно возрастать в 50 раз.
• К 2015 году Google проиндексирует примерно 775 млрд страниц контента.
• К 2015 году человечество будет ежегодно создавать контент, объем которого в 92,5 миллиона раз превышает объем информации, хранящейся в библиотеке Конгресса США (в настоящее время она считается самым большим в мире хранилищем информации).
• К 2020 году каждый житель нашей планеты будет в среднем хранить 130 терабайт персональных данных (сегодня этот объем равен 128 гигабайтам).
• К 2015 году объем скачиваемых кинофильмов и файлов, которыми обмениваются между собой пользователи, возрастет до 100 экзабайт, что в 5 миллионов раз превышает объем информации, хранящейся в библиотеке Конгресса США.
• К 2015 году повсеместно распространится видеосвязь, и она будет генерировать 400 экзабайт трафика, что в 20 миллионов  раз превышает объем информации, хранящейся в библиотеке Конгресса США.
• К 2015 году объем данных, которые будут генерировать телефонная связь, Интернет, электронная почта, фото- и музыкальные файлы, составит 50 экзабайт.
• В течение двух следующих лет объем информации во Всемирной сети будет удваиваться каждые 11 часов.
• К началу 2010 года к Сети окажутся подключены 35 млрд различных устройств, т.е. почти по 6 устройств на каждого жителя нашей планеты.
• К 2020 году в Интернете будет работать больше устройств, чем людей.
• С внедрением протокола IPv6 в Интернете появится такое количество электронных адресов, что каждую из известных человечеству звезд во вселенной можно будет снабдить 4,8 триллионами адресов.
• К 2020 году каждое электронное устройство будет иметь универсальное приложение для перевода с других языков.
• Через 5 лет любая поверхность сможет выполнять функции дисплея.
• К 2025 году появятся первые случаи телепортации на уровне частиц.
• К 2030 году станет возможным вживление искусственной ткани в человеческий мозг.

via iksmedia.ru

Питер Шварц первым поставил вопрос: а при каком развитии будущего это внегласное правило может быть снято? В каком случае Советский Союз может открыть свои запасы для разработки такими транснациональными компаниями как Shell и Chevron? Это могло случиться только, если каким-то образом взаимоотношения между НАТО и СССР заметно улучшатся. Это казалось невозможным, но именно Питер Шварц поставил эту данность под сомнение.

Shell инициировало проект сценарного планирования, исследующий вероятность краха Советского Союза (!). В ходе проекта выяснилось, что экономика Советов на грани кризиса: снижение производительности сопровождалось снижением рождаемости, что усугубляло кризис. У СССР ничего не оставалось как проводить более открытую политику.

В 1983г. Питер Шварц и группа планировщиков Shell представили результаты исследования менеджерам Shell. Один из сценариев как раз и предполагал более открытую политику СССР, инициированную Горбачевым. Для лиц, принимавших решение по проекту Troll, стало очевидно, что к моменту, когда заработает месторождение в Северном море, лимит на 35% будет снят и проект попросту станет нерентабельным, т.к. более дешевый газ СССР обеспечит потребности Европы. Поэтому, Shell пересмотрела затраты, связанные с данным проектом, и сократила инвестиции в новые месторождения газа.

Это хороший пример того, как сценарное планирование может повысить качество принимаемых стратегических решений. В Shell до сих пор регулярно разрабатываются сценарии и все инвест-проекты “испытываются на прочность” сценариями.

Остановимся на пяти сценариях более подробно.

Первый, базовый сценарий соответствовал среднему варианту демографического прогноза, выполненного в отделе Народонаселения ООН в 1998 году. Гипотезы рождаемости и смертности, которые были положены в основу этого варианта прогноза, использовались в дальнейшем при разработке остальных четырех сценариев.

Четыре последующие сценария отличаются от второго и друг от друга только гипотезами миграции.

Второй сценарий предполагает демографическое развитие рассматриваемых стран и регионов при нулевом миграционном приросте. При этом для каждой страны и региона на данном временном интервале были определены годы достижения максимальных значений: (1) численности населения; (2) численности населения в трудоспособных возрастах; (3) коэффициента демографической поддержки. Отправляясь от результатов второго сценария, исчислялась численность мигрантов и их потомков в трех остальных прогностических сценариях.

В третьем сценарии миграционный прирост изменяется таким образом, чтобы численность населения каждой страны стабилизировалась с момента достижения своего максимального значения по сценарию 2.

В четвертом сценарии миграционный прирост изменяется таким образом, чтобы численность населения в трудоспособном возрасте (от 15 до 64 лет) для каждой страны держалась постоянной на уровне, равном максимальному значению по сценарию 2, начиная с соответствующего момента времени.

Согласно пятому сценарию, миграционный прирост изменяется так, что коэффициент демографической поддержки пожилых держится на уровне, максимальном в сценарии 2. Реально для всех стран без исключения максимальный коэффициент поддержки наблюдался в 1995 году – году, с которого начинается демографический прогноз.

Во всех случаях возрастная структура миграционного прироста принималась равной средней арифметической (по возрастным группам) наблюдаемых сейчас миграционных приростов Австралии, Канады и США – стран классической иммиграции. В то же время, для простоты расчетов и сравнительного анализа, допускалось, что мигранты прибывают в страну и сразу принимают режимы рождаемости и смертности, которые наблюдаются у населения этой страны.

В начале декабря 2003 года на интернет-сайте Национального совета по разведке США (National Intelligence Council, NIC) были представлены первые дискуссионные материалы нового исследования, посвященного тенденциям развития современного мира – «Global Trends 2020″. Предыдущее исследование («Global Trends 2015″), опубликованное в конце 90-х годов прошлого века, достаточно активно обсуждалось и цитировалось в российской прессе. Что же изменилось в оценках американских экспертов относительно развития обстановки в мире на ближайшие 15-20 лет?

Отличием нынешнего прогноза от предыдущих является наличие так называемых «wild cards» – сценариев неожиданного и неблагоприятного развития событий. Как отмечается экспертами NIC, в предыдущих исследованиях им не удалось с достаточной долей уверенности спрогнозировать ряд событий, оказавших серьезное воздействие на развитие ситуации в мире. Введение подобных сценариев призвано во многом исправить это упущение.

Отметим, что общим вектором нового исследования стал тезис о том, что в ближайшей перспективе продолжится глобальное доминирование США, хотя эксперты не снимают со счетов и усиление влияния Китая, уменьшение стратегической важности Европы в вопросах мировой безопасности, старение ее населения, а также рост и омоложение населения в США и Китае. Так как же оцениваются перспективы, например, России?

Россия, год 2020

По мнению экспертов NIC, Россия сегодня все еще находится на переломном моменте истории, в преддверии очередных президентских выборов. На рубеже 2020 года, очень многое будет зависеть от того, чем закончится нынешняя борьба политических сил.

Россия сегодня стоит перед огромными объективными проблемами управления:

• Политическая инфраструктура и политическая культура по-прежнему очень слабы.
• «Демократическая трансформация» не доведена до конца. Политическая элита и бюрократия на всех уровнях все более контролирует политические процессы: эта тенденция реально усилилась. В перспективе лишь немногие политические партии и отдельные деятели будут привержены демократии западного типа.
• Рыночные реформы не завершены. Самые трудные решения, такие как реформы ЖКХ, структурные и банковские реформы, оставлены на второй президентский срок В.Путина. Россия все еще сильно зависит от добывающих отраслей промышленности, следовательно, – от цены на нефть.
• Существенные демографические проблемы – продолжительность жизни ниже восполняемого уровня, идет неуклонная убыль населения.

В 2020 году отношения России с окружающим миром будут оставаться двойственными и противоречивыми. Она будет определять свои интересы путями, которые не всегда гармонизируют с интересами ведущих европейских стран, но возврат к военной и идеологической конфронтации с Западом даже виртуально уже невозможен.

В международных отношениях Россия станет близко идентифицировать себя с Европой и, возможно, даже свяжет себя с ней каким-либо видом формального договора или соглашения. Станет ли это членством в Евросоюзе, будет зависеть в равной мере от ЕС и от российской политики.

В качестве члена ВТО Россия намного глубже интегрируется в мировую экономику, хотя в отдельных секторах и регионах, возможно, сохранятся протекционистские настроения. Многие в России (возможно, даже большинство) будут сопротивляться включению ее в эту глобальную международную организацию, где Россия не будет ведущим звеном, даже несмотря на возможные экономические выгоды.

По мнению авторов исследования, основной проблемой российского руководства будет проблема примирения региональной по масштабам экономики с глобальными политическими амбициями «быть Великой державой». Ключевыми внешнеполитическимипартнерами к 2020 году будут оставаться США и ЕС, а также Китай и Индия.

Россия останется главной державой Евразии и сохранит свой интерес к сотрудничеству в рамках СНГ. Связи в области политики и безопасности со странами СНГ скорее всего будут носить характер асимметричных коалиций. Связи же России со славянскими государствами бывшего СССР (Украина и Белоруссия) могут быть несколько сильнее. Даже если Украина будет иметь успех в своем желании вступить в Евросоюз (а Россия сделает все, чтобы этого не допустить), социальные, инфраструктурные и экономические связи останутся достаточно сильными. Возможна некая форма федерации, даже союз с Белоруссией.

Государства Кавказа и Закавказья (Азербайджан и Грузия) будут стремиться остаться на большей дистанции от России, однако состоятельность Грузии как государства все еще может оставаться под вопросом. Армения же наиболее близка к тому, чтобы стать близким и стабильным соседом при сохранении собственной идентичности.

Центрально-азиатские государства, скорее всего, будут политически удаляться от России, сохраняя свою идентичность и некоторые экономические связи для поддержания стабильных отношений с Россией, но также выбирая и другие альянсы (особенно с США и другими основными региональными игроками).

Проблемы демографии России к 2020 году

По мнению экспертов NIC, русские до сих пор не демонстрируют даже признаков к готовности соответствующим образом решать демографические вопросы. Продолжительность жизни далека от нормальных европейских стандартов, уровень рождаемости очень низкий (соотношение смертности к рождаемости 2:1, по оценкам экспертов NIC численность населения, скорее всего, упадет со 143 до 130 миллионов человек); уровень хронических, особенно психических заболеваний очень высок, главным образом среди детей, что не позволяет говорить о формировании в будущем здоровой нации.

Существует вероятность взрывного роста заболеваемости СПИДом, гепатитом и туберкулезом. Маловероятно, что власти будут в состоянии справиться с этим, еще меньше уверенности, что они смогут предупредить подобное развитие событий.

Сохранится неравномерное распределение населения как результат географии и исторических особенностей развития в советский период. В Сибири и районах к востоку от нее проживает сегодня только 20% населения (и этот процентбыстро уменьшается).

Природные ресурсы и окружающая среда для России 2020 года.

До 2020 года значительные российские энергетические ресурсы будут эксплуатироваться во все возрастающем темпе. В этот период ЕС скорее всего станет основным покупателем российских энергоносителей, хотя экономические выгоды от прокладки трубопроводов в центрально-азиатских государствах могут заставить Россию повернуться на восток в поисках экспорта энергии. Важно то, что произойдет приток иностранных инвестиций в энергетический сектор, хотя сложная, запутанная ситуация с нефтяной компанией «Юкос» и М.Ходорковским, может и отложить поступление инвестиций, особенно если этот процесс не закончится атакой только на одного олигарха.

Растет осознание проблем природных ресурсов и окружающей среды, также как и желание справиться с огромным грузом проблем советского наследства. Но это очень тяжелая задача и вряд ли она будет выполнена к 2020 году. Сама же Россия не очень стремится к западным стандартам.

Наука и техника России

Это направление в России традиционно сильно, но очень плохо финансируется в последние годы. Текущее состояние дел в экономике не дает надежд на перемены в ближайшем будущем, но В.Путин или его последователь могут принять политическое решение о больших инвестициях в науку и технику.

Мировая экономика и глобализация: их влияние на Россию к 2020 году.

Сегодня Россия достигла некоторого прогресса в проведении экономических реформ, но имеет серьезные проблемы их реализации «на местах». Это положение может продлиться и до 2020 года. В дополнение, ключевые реформы идут очень трудно. Реализация этих реформ, затягиваясь по времени, может быть и вовсе отложена.

Россия к 2020 году не совершит экономического рывка подобно Китаю. По мировым стандартам ее экономика останется средней. Это будет некий структурный гибрид, из элементов рынка (европейских стандартов) с существенным влиянием государства. Ключевые отрасли промышленности будут корпоративными и, скорее всего, неэффективными. Внутренние рынки (капитала, труда, производства) останутся неразвитыми и сегментированными. Слабое трудовое законодательство, высокая преступность, коррупция и незащищенность от колебаний цен на товары первой необходимости не позволят сохранить существующие высокие темпы экономического роста.

В целом производство по стране будет развиваться неравномерно, что явится причиной увеличивающегося разрыва в уровне жизни регионов. В свою очередь это будет мешать готовности руководства поднять внутренние жизненные стандарты. Несмотря на общий рост, Россия не сможет справиться с проблемой бедности, которая актуальна для миллионов россиян. Вместе с тем, по большей части эти люди в принципе уже смирились с нуждой, и не будут являться угрозой для социальной и политической стабильности. Событий, подобных октябрю 1993 года, уже не будет.

Таким образом, в политико-экономическом плане Россия к 2020 году будет представлять нечто подобное тому, что уже наблюдается и сейчас. Экономический коллапс, развал основной экономической инфраструктуры маловероятен. Коррупция и (в отдельных регионах и секторах) организованная преступность будут оставаться существенными факторами российской действительности.

К 2020 году в России увеличится активность иностранного капитала. Законодательная база будет в большей степени это позволять, хотя полностью и не достигнет европейских стандартов.

Хотя доступ в глобальную сеть Интернет сейчас не достаточно распространен среди населения, темпы его внедрения будут усилены (в любой форме его существования в будущем). Это позволит российским источникам информации отчасти уйти из под контроля российских властей, но в то же время может привести к ускоренной утечке русских мозгов в виде рынка труда для молодежи, этот рынок будет более мобильным одновременно и физически, и виртуально.

Политическая система и безопасность России к 2020 году

По мнению экспертов NIC, сегодня Владимир Путин пытается продолжить свою работу по совершенствованию основных законов и по проведению административной реформы. Развитию реформ и хорошему управлению угрожает децентрализация власти как на региональном, так и на федеральном уровне.

К 2020 году важные институты демократии (такие как выборы) будут существовать и на федеральном, и на региональном уровне, но российская политическая система останется авторитарной по европейским стандартам. Более глубокая демократизация – правовая сфера, развитие парламентаризма, политических партий, гражданского общества – будет фрагментарным и слабым. Соблюдение прав человека и гражданских свобод по-прежнему будет носить условный характер. Здесь возникнут существенные региональные различия: в одних регионах гражданские свободы будут относительно соблюдаться, в других – окажутся под серьезной угрозой.

В условиях отсутствия масштабных внутренних потрясений (таких как серьезные экономические проблемы), федерация будет сохраняться. Парадоксально, но, по мнению специалистов NIC, политическая недоразвитость может быть фактором стабильности: будет наблюдаться отсутствие политических групп, заинтересованных в подстрекательстве к беспорядкам. Россия сохранит свое место в составе Совета Безопасности ООН.

Роль военной силы будет занимать более весомое место в официальных определениях национальной безопасности, чем в Европе, но нет сомнения в возможности возврата к советским уровням военных расходов.

Стержневым элементом военного планирования останется возможность использования стратегических ядерных сил.

Чечня, скорее всего, все еще останется запутанным клубком проблем на ближайшее будущее. Другие региональные конфликты на территории стран СНГ будут зависеть от множества факторов, но Россия не является держателем всех козырных карт и не торопится (в основном по тактическим соображениям) играть даже теми картами, которые у нее имеются.

Россия переместится ближе к НАТО. Не исключена даже просьба с ее стороны о вступлении в эту организацию.

Российско-американские отношения

Российская система взглядов не предполагает сильных отклонений от ее теперешней двойственности: США будут рассматриваться не только как ключевой объект внешней политики и как союзник, но и как успешный соперник. Россия желает, чтобы ее серьезно рассматривали в качестве партнера: больше всего она боится быть проигнорированной или оказаться на вторых ролях. Не допуская проявлений крайнего национализма, Россия будет держаться вместе с США. Но она будет продолжать отстаивать свои права, часто, как отмечают в NIC, неуклюжими и причудливыми способами.

Проводимое перебазирование американских войск – особенно создание постоянных баз США и НАТО на территории стран СНГ, на Кавказе и в Центральной Азии – пойдет вразрез с существующими российскими положениями национальной безопасности. Вместе с возможной разработкой американской системы ПРО эти события могут создать проблемы для российского руководства, и привести к периодам напряженности.

Выводы

Каковы же наиболее важные тенденции развития России, формирующие региональные события до 2020 года?

• Негативные последствия сокращения численности населения и плохого здравоохранения.
• Увеличение добычи нефти и газа и поставка их через территорию стран СНГ, а также споры вокруг их транспортировки.
• Внутренние угрозы исламского экстремизма (реальные или мнимые) и реакция на них.
• Проблемы во взаимоотношениях между Россией и странами СНГ, включая передислокацию войск США и НАТО и создание ими передовых баз.

В качестве, так называемых «wild cards» – сценариев неожиданного и неблагоприятного развития событий в России, экспертами NIC прогнозируются следующие:

• Возврат к политической нестабильности: правление В.Путина прекращается досрочно вследствие его нездоровья или появления успешного политического соперника (возможно из олигархов), это может сопровождаться десятилетием политической нестабильности и авантюристического правления.
• Экономическая стагнация или упадок: низкие цены на нефть или прекращение иностранных инвестиций ведет к усилению депрессии с политическими последствиями.
• Внутренний кризис безопасности: Россия переживает всплеск повстанческих действий чеченских сепаратистов на Северном Кавказе, действий исламистов в Центральной Азии и гражданских беспорядков на российском Дальнем Востоке вкупе с китайской иммиграцией и экономическим проникновением Китая.
• Серьезное ухудшение отношений с США и НАТО вследствие развертывания элементов ПРО и военной интервенцией США и НАТО в некоторых регионах мира.

Таким образом, для России к 2020 году четко очерчены границы региональной державы, и даже наличие ядерных вооружений, места хранения которых к тому времени, возможно, будут охраняться совместными усилиями России и США, не позволит поддержать статус России как «Великой державы». Членство в Совете Безопасности ООН станет по большей части номинальным – ключевые решения по применению военной силы США и их союзниками, как и прежде, будут приниматься единолично, без оглядки на мировое сообщество. Внешнеполитический курс России все больше будет выверен в соответствии с таковым в США и, отчасти, – в ЕС.

Следует признать, что многие прогнозы экспертов NIC уже сбылись. Во многом это справедливо и для России…

Ничего радостного аналитики не сообщили. По их мнению, кризис быстро не закончится. Поэтому в 2009 году у авторитетных мировых держав будет шанс активно формировать посткризисный мир. Как предполагают эксперты, мир после экономического апокалипсиса и последующего катарсиса (очищения), ожидают четыре возможных сценария: ужасающий, нежелательный, нейтральный или позитивный, при котором мир ожидает ренессанс или возрождение. После того как мир выберется из кризиса, будет новый период структурного роста, который вызовет столкновение интересов в финансовой сфере, приведет к переделу и появлению в нем новых победителей и проигравших, переводит некоторые тезисы исследования ВЭФ агентство Интерфакс. Так как же, по мнению аналитиков, изменится мировой устройство к 2020 году?

Согласно первому варианту, уже сегодня можно заворачиваться в белые простыни и медленно двигаться в сторону кладбища. Мир погрузится в пучину межгосударственных, внутренних и национальных конфликтов, вплоть до возрождения ультранационализма. Ресурсов все меньше, и борьба за них все ожесточеннее. Страны вводят ограничение на движение капитала и товаров. Банки переходят под контроль государства. Еврозона из-за суверенных дефолтов и разногласий между странами-членами в 2014 году разваливается. Темпы роста мирового ВВП — 2,3%.

Второй вариант – убийство развивающихся рынков (emerging markets). В мире воцаряется региональный протекционизм. Каждый сам за себя, что только углубляет последствия финкризиса. Кризис бульдозером проходит по развивающимся странам, в том числе и по Китаю с Россией, а западным странам удается сохранить свое мировое превосходство. Это достается им ценой реформирования международных финансовых институтов и создания единого наднационального мегарегулятора (или даже мирового правительства). Именно развитые экономики становятся локомотивами роста, который вытянет мировую экономику на путь роста. Но тогда развивающиеся страны оказываются в стороне, что может спровоцировать новый кризис. ВВП развитых стран растет на 3,1% в год, развивающихся — на 6%, мир в целом — на 3,6%.

Нейтральное развитие событие, или третий вариант,— главным государством мира станет Китай. Это возможно, если в мире в посткризисный период создадут три экономических блока: американский, европейский и восточный. Транснациональные корпорации будут вынуждены конструировать тройственные стратегии. Кризис в США и Западной Европе прогрессирует, рецессия становится глубже. Развивающиеся страны ради спасения своих экономик от торговой экспансии закрывают границы и перестают следовать демократической западной модели развития. Богатый наличностью Китай становится мировым лидером, увеличивая собственные инвестиции и используя избыток средств для соглашений с богатыми ресурсами странами, которые страдают от недостатка ликвидности. Доллар и евро теряют статус главных резервных валют. Среднегодовой рост мирового ВВП — 3,2%, в США и Европе — 1,2%, в развивающихся странах — 9%.

И заключительный вариант – США становятся мировой окраиной, а финансовая система мира ориентируется на страны БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай). Это мир, в котором барьеры для совместной борьбы с кризисом преодолевают в контексте резкого изменения геоэкономической власти. США терзают многочисленные кризисы, а в это время развивающиеся страны более или менее успешно борются со своими проблемами. Их признают единственной надеждой emerging markets, и они становятся лидерами на мировой арене. Мир совместно с развивающимися странами вырабатывает план спасения и реформирует регуляторов. Мировая экономика поначалу растет медленно, на 2,5%, но затем ускоряется до 3,6% в год за счет emerging markets. Развитые страны штормит, рост — 1,8%. Финансовая система мира становится ориентированной на страны БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай).

Отрадно, что именно этот вариант, по мнению экспертов ВЭФ, наиболее желательный и вероятный. Таким же желанным он является и для России: это единственный вариант, при котором наша страна не только не станет придатком какой-либо развитой экономики, но даже войдет в число наиболее авторитетных экономик мира.

Кризис пока еще в самом разгаре, а экономисты уже гадают, каким будет мир после его окончания. Что он изменится, под сомнение сегодня не ставит никто. Но вот в какую сторону? Что ждет Россию, США, Китай и другие крупные державы? Взгляды российских и американских ученых на этот счет расходятся.

Британские эксперты предлагают два сценария долгосрочных последствий кризиса. По первому, дефляция возьмет верх, и мир погрузится в многолетнюю рецессию с массовой безработицей. Тогда США перестанут быть супердержавой, но «свято место» останется вакантным. Занять его не смогут ни Китай, ни Евросоюз, ни даже Россия. В мире просто воцарится хаос: «единственным ценным имуществом в мире станут земли сельскохозяйственного назначения и нефтяные скважины, а также оружие и боеприпасы для их обороны». По второму – оптимистическому сценарию, антикризисные меры, применяемые во всех странах, дадут положительный эффект, и примерно через год мир вернется к нормальным темпам роста и умеренному уровню безработицы.

Кстати, в Европе не исключают, что по окончании кризиса возрастет влияние России, которая, как подчеркивают английские экономисты, на удивление хорошо совладала с собственным финансовым кризисом. А вот Китаю, который многие хвалят за его попытку переориентировать страну на внутреннее потребление собственных товаров, некоторые специалисты пророчат замедление роста производительности труда.

По мнению известного на весь мир финансиста Джорджа Сороса, восстановление экономики Америки начнется уже в третьем-четвертом квартале этого года. Однако и он признает, что американский доллар может потерять свой статус мировой резервной валюты. Эту роль, по его мнению, в будущем смогут играть «Специальные права заимствования» (СДР), выпускаемые Международным валютным фондом.

- В долгосрочной перспективе переход на мировую расчетную единицу, отличную от доллара, может пойти нам на пользу, – пытается успокоить Д. Сорос. Наверно, он имеет в виду, что это покончит с ситуацией, которая позволяла американцам тратить больше, чем они зарабатывали. В целом же мировая экономика начнет выздоравливать к середине 2010 г.

Во Франции считают, что «экономическое улучшение в Китае будет сопровождаться и оживлением экономики в России». Именно так считает Жак Сапир, профессор экономики Высшей школы общественных наук (Париж).

Не менее интересные прогнозы есть и в исламском мире. Так, Центральный банк Сингапура считает, что исламская финансовая система значительно расширит свое влияние на планете после того, как мировая экономика восстановится после кризиса.

В России предрекают не лучшие времена для США после кризиса. Игорь Панарин, доктор политических наук, профессор считает, что мировой кризис закончится ослаблением, а затем и развалом США. По его мнению, возникнет новый международный центр силы – Евразийский союз, построенный по принципу Евросоюза — с единой валютой и парламентом. Таким образом, в мире останутся три центра силы: Китай, Евросоюз и Евразийский союз. А вот США распадутся. Атлантическое побережье войдет в Европейский Союз, Тихоокеанское — окажется под влиянием Китая, Аляска вернется в состав России. Это будет новая, достаточно устойчивая геополитическая картина мира, которая позволит нам уйти от глобальных конфликтов, полагает эксперт.

Что касается наших внутренних проблем, то одна из самых больших, которую нам предстоит решить – это чрезмерные бюджетные расходы. Виктор Стародубовский, первый замдиректора Международного НИИ проблем управления считает, что все последствия кризиса в полной мере сказываются на бюджетной ситуации в 2009 г. Нехватка доходов для обеспечения в 2009 г. сложившихся расходов оценивается специалистами порядка 10% ВВП. Если эти расходы существенно не сокращать, резервов Минфина для возмещения дефицита хватит не надолго, поскольку продолжительность кризисной ситуации, в том числе низких цен на нефть и другие сырьевые товары, надежно оценить невозможно, задача сохранения, экономного использования резервов стоит очень остро. В случае их нехватки неизбежность значительного и быстрого урезания расходов может оказаться особенно болезненной.

Но что же надо предпринять нашей стране, чтобы не упустить посткризисную экономическую пальму первенства?

По мнению Евгения Гонтмахера, руководителя Центра социальной политики Института экономики РАН, для успешного выхода из кризиса нам нужно резко поднять производительность труда, сделать нашу экономику конкурентоспособной. Потому что на нефти и газе мы уже никуда не уедем. Даже если на них будут высокие цены, мы будем не более чем сырьевым придатком для Европы или Китая.

Источник: Росбанк

А́ртур Чарльз Кларк (англ. Arthur Charles Clarke, 16 декабря 1917, Майнхэд, графство Сомерсет, Великобритания — 19 марта 2008, Коломбо, Шри-Ланка) — английский писатель, учёный, футуролог и изобретатель, наиболее известен совместной работой со Стэнли Кубриком по созданию культового научно-фантастического фильма «Космическая одиссея 2001» (1968). В 1999 году Кларк получил рыцарское звание от королевы Елизаветы II.

Артур Кларк в течение своей жизни оглашал множество прогнозов. Например им совершенно точно было угадано: появление радиолокации для поиска ракет и самолетов, появление спутников связи на геостационарной орбите, высадка людей а луне, использование атомной энергетики, антибиотиков и ЭВМ, созданиевсемирной паутины, развитие искусственного интеллекта.

Прошедшие

Сбывшиеся/Запланированные

Люди до начала миллениума полетят на Луну.

В 1969-1972 гг. американцы 6 раз побывали на Луне.

января 2001 — Начинается новое тысячелетие и новый век — космический зонд «Кассини», запущенный в октябре 1997 года, достиг Сатурна в июле 2000 года и начал исследовать спутники и кольца этой планеты.

июль 2004 года

2003 — Запуск марсохода в рамках миссии Mars Surveyor.

Не сбылось, однако 5 июня и 25 июня 2003 года были запущены марсоходы Spirit и Opportunity в рамках миссии NASA «Mars Exploration Rover (MER)»

2007 — НАСА запускает космический телескоп следующего (за телескопом «Хаббл») поколения.

Не сбылось, однако ожидается, что в 2013 году телескоп «Хаббл» сменит «Джеймс Вебб»

Не сбывшиеся

• 2002 — На рынок поступает первое устройство, вырабатывающее чистую и безопасную энергию путем низкотемпературных ядерных реакций. Наступает конец «Эры ископаемого топлива», планету сотрясают связанные с этим экономические и геополитические катаклизмы.
• 2003 — Автомобильной промышленности дается пять лет на то, чтобы заменить все сжигающие топливо двигатели на новые энергетические установки.
• 2004 — Первое признанное обществом клонирование человека.
• 2005 — Запущенный НАСА двумя годами ранее робот «Mars Surveyor» отправляет на Землю первые образцы породы Красной планеты.

Mars Surveyor 98 (программа). Первые породы Марса планируется доставить на Землю не ранее 2020 года.

• 2006 — Закрылась последняя в мире угольная шахта.
• 2017 — 16 декабря, в день своего столетия, сэр Артур Кларк стал одним из первых гостей «Орбитального Хилтона».

Будущие

2009 год. В результате случайного взрыва атомной бомбы в Северной Корее полностью разрушен город. После коротких дебатов в ООН все ядерное оружие уничтожается.

2010 год. Разработаны первые квантовые генераторы, которые улавливают космическую энергию. В своих портативном и домашнем вариантах они имеют мощность от нескольких киловатт и выше и могут производить энергию в неограниченном количестве. Центральные электрические станции закрываются, кончается век ЛЭП с их опорами, национальные энергетические сети демонтируются. Электронный мониторинг практически вытесняет из общества профессиональную преступность.

2011 год. Снято на пленку самое большое в мире животное: 75-метровый осьминог в Марианской впадине.

2012 год. Начинается эксплуатация аэрокосмических самолетов. История космических путешествий повторяет историю аэронавтики, но в более медленном темпе, поскольку приходится решать огромные технические проблемы. От полета Юрия Гагарина до коммерческого космического полета прошло вдвое больше времени, чем от полета братьев Райт до первых коммерческих рейсов самолета ДС-3.

2013 год. Принц Брунея становится первым членом королевской семьи, полетевшим в космос.

2014 год. Начинается строительство отеля «Орбитальный Хилтон». Для этого используются огромные топливные баки многоразовых «шаттлов», которым прежде позволяли падать на Землю.

2015 год. Осуществлен полный контроль над материей на атомном уровне. Старая мечта алхимиков реализована в коммерческих масштабах и с неожиданными результатами. За несколько лет свинец и медь стали стоить вдвое дороже золота, поскольку они оказались полезнее и нужнее.

2016 год. Все существующие валюты отменены. Единицей обмена стал мегаватт-час.

2017 год. В Китае проводятся первые общенациональные народные выборы в парламент.

2019 год. Мощный метеор падает на ледяную шапку Северного полюса. Обошлось без жертв, но поднявшееся в результате удара цунами причинило значительный ущерб побережьям Гренландии и Канады.

2020 год. Искусственный интеллект (ИИ) выходит на уровень человеческого мышления, космические зонды с ИИ на борту запускаются к ближним звездам.

2021 год. Первые люди высаживаются на Марсе. Их там ждут в том числе и неприятные сюрпризы.

2023 год. Динозавры клонированы по смоделированным на компьютере ДНК. «Дисней» открывает во Флориде «Зоопарк Третичного периода». Несмотря на целый ряд несчастных случаев, мелкие хищники постепенно начинают заменять сторожевых собак.

2024 год. Отслеживаются инфракрасные сигналы, поступающие из галактики Млечного Пути. Очевидно, что это продукт технологически высокоразвитой цивилизации, но все попытки расшифровать их успеха не имеют.

2026 год. Сингапур становится первой в мире страной, где принудительно обеспечивается правда в рекламе.

2036 год. Китай превосходит США по объему валового национального продукта и становится самой крупной экономикой в мире.

2040 год. Усовершенствован «Универсальный репликатор», основанный на нанотехнологиях: может быть создан объект любой сложности при наличии сырья и информационной матрицы. Бриллианты и деликатесная еда могут быть сделаны в буквальном смысле слова из грязи. В результате за ненадобностью исчезают промышленность и сельское хозяйство, а вместе с ними и недавнее изобретение человеческой цивилизации — работа! Взрывное развитие искусств, развлечений, образования. Огромные территории планеты, которые больше не нужны для производства продовольствия, возвращаются в изначальное состояние, молодые люди могут дать волю своим агрессивным инстинктам, участвуя в большой охоте с самострелами.

2045 год. Полностью усовершенствован автономный, регенерируемый, мобильный дом. Углерод, необходимый для синтезирования пищи, добывается из атмосферной двуокиси углерода.

2050 год. Миллионы людей, которым надоела чересчур спокойная жизнь, решают в поисках приключений с помощью криогенных технологий «эмигрировать» в будущее.

2051 год. На Луне начинают строить самообеспечивающиеся роботизированные колонии, где пожилые люди смогут дольше прожить благодаря низкой лунной гравитации.

2057 год. 4 октября — столетие первого спутника. Зарю космического века люди отмечают не только на Земле, но и на Луне, Марсе, Европе, Ганимеде, Титане, а также на орбитах Венеры, Нептуна и Плутона.

2061 год. Возвращение кометы Галлея; первая высадка людей на ядро кометы. Сенсационное открытие на нем латентных и активных форм жизни доказывает, что жизнь в космическом пространстве вездесуща.

2090 год. В широких масштабах возобновляется сжигание ископаемого топлива, чтобы возместить потери двуокиси углерода, «добытые» из воздуха, и отсрочить следующий ледниковый период, стимулируя глобальное потепление.

2095 год. Развитие подлинной «космической езды» — реактивной системы с отталкиванием от структуры космического времени — выводит из обихода устаревшую ракету и позволяет достигать скоростей, близких к скорости света. Первые люди стартуют к ближайшим звездным системам, которые зонды-роботы нашли многообещающими.

2100 год. Начинается история …

Билл Гейтс

В списке TechRadar он представлен сразу тремя высказываниями. В 1983 году самый богатый человек в мире заявил, что Microsoft никогда не будет выпускать 32-битные операционные системы. В 1987 году он сказал, что OS/2 суждено стать наиболее важной операционной системой в мире и, возможно, лучшей программой всех времен. В 2004 году Гейтс предсказал решение проблемы спама через два года. Жаль, что зто предсказание так и не сбылось.

Кстати, среди его последних прогнозов – приход на смену клавиатуре и мышке устройств распознавания жестов, рукописного ввода и речи через 12 лет, а также переход привычных газет и журналов на новый носитель – электронную бумагу, пишет РИА новости.

Компьютер будущего, по мнению Гейтса, превратится из большой настольной машины в маленький терминал, расположенный внутри стола, который сможет понимать команды, отданные пользователем, и распознавать предметы, лежащие на столе.

future forecasting

Ф.Коллинз, руководитель программы «Геном человека» (США). 2000 г.

2010 год

Генетическое тестирование, профилактические меры, снижающие риск заболеваний, и генная терапия до 25 наследственных заболеваний. Медсестры начинают выполнять медико-генетические процедуры.
Широко доступна преимплантационная диагностика, яростно обсуждаются ограничения в применении данного метода.
В США приняты законы для предотвращения генетической дискриминации и соблюдения конфиденциальности.
Не всем доступны практические приложения геномики, особенно в развивающихся странах.

2020 год

На рынке появляются лекарства от диабета, гипертонии и других заболеваний, разработанные на основе геномной информации.
Терапия рака, прицельно направлен ная на свойства раковых клеток.
Фармакогеномика становится общепринятым подходом для создания многих лекарств. Изменение способа диагностики психических заболеваний, появление новых способов их лечения, изменение отношения общества к таким заболеваниям.
Демонстрация безопасности генотерапии на уровне зародышевых клеток при помощи технологии гомологичной рекомбинации.

2030 год

Определение последовательности нуклеотидов всего генома отдельного индивида станет обычной процедурой, стоимость которой менее 1000 $.
Каталогизированы гены, участвующие в процессе старения.
Проводятся клинические испытания по увеличению максимальной продолжительности жизни человека.
Лабораторные эксперименты на человеческих клетках заменены экспериментами на компьютерных моделях.
Активизируются массовые движения противников передовых технологий в США и других странах.

2040 год

Все общепринятые меры здравоохранения основаны на геномике.
Определяется предрасположенность к большинству заболеваний (при/до рождения).
Доступна эффективная профилактическая медицина с учетом особенностей индивида. Болезни детектируются на ранних стадиях путем молекулярного мониторинга.
Для большинства заболеваний доступна генная терапия.
Замена лекарств продуктами генов, вырабатываемыми организмом при ответе на терапию. Средняя продолжительность жизни достигнет 90 лет благодаря социоэкономическим мерам. Проходят серьезные дебаты о воз можности человека контролировать собственную эволюцию.
Неравенство в мире сохраняется, создавая напряженность на международном уровне.

2000 г.

chem.msu.su

Станислав Лем13 ноября 2003 года университет в Билефельде (Германия) присвоил степень почётного доктора писателю-фантасту и философу-футурологу Станиславу Лему. Степень присвоена „за выдающиеся достижения в области информатики“ и „литературный труд, глубина которого и сила воздействия на развитие информатики беспрецедентны“.

Шестидесятилетний период прогноза — это удвоенное время, которое минуло от открытия Уотсоном и Криком нуклеотидной спирали как носителя наследственности. За этот период, как я считаю, результаты биологических исследований выйдут за рамки биологии в виде новой отрасли производства, и они уже не будут лишь частью знания о жизни, как компьютерное производство не является частью логики.

Исходной базой прогноза будет часть генетики, называемая генной инженерией. Начало развития конструктивной генетики тормозится инструментальными и экспериментальными факторами. Технология генной инженерии радикально отличается от традиционной технологии проектирования, и хотя близка к химии синтеза, но и с ней во многом различна. Кроме того, эта инженерия страдает от недостатка знаний в описательной генетике. Нам далеко до составления карт наследственности всех тех простых организмов, на материале которых работает инженер-генетик. Поэтому будущее, охватывающее даже близкие перспективы этих работ, не очень ясно. Ещё менее надёжны прогнозы, идущие дальше. Несмотря на это, я попытаюсь взяться за них внутри трёхфазной схемы, хотя её последняя фаза лежит за горизонтом прогноза. Об основных возможностях этой фазы я писал в „Сумме технологии“. Первую фазу я назову биологической, вторую — парабиологической, а третью — трансбиологической. В биологической фазе как исходным сырьём, так и конечным продуктом будут существующие живые организмы, а вторжение в их наследственность приведёт к запланированным изменениям. В парабиологической фазе объектом операций станут, кроме того, субстанции, проявляющие только некоторые черты живых организмов, их органов или тканей. Наконец, в трансбиологической фазе конструкторская деятельность выйдет за пределы биологии, поскольку присущие жизни технологии будут привиты или перенесены на вещества, находящиеся за пределами земной жизни. Где-то внутри этой третьей фазы процесс может дойти до создания синтезированных и модифицированных организмов-систем, которые я назову технобиоценозами по причинам, кратко объясняемым в конце эссе.

Таким образом, я представляю очень оптимистический и не менее рискованный прогноз, поскольку он в значительной части опирается на предположения, которые возможно подкрепить гипотезами, лишёнными, однако, эмпирической основы. В качестве главной можно принять следующую гипотезу. Наследственный код каждого живого существа отличается двумя свойствами. Во-первых, этот код возник в ходе преобразований, которые как биогенез спонтанно начались несколько миллиардов лет назад на Земле. Во-вторых, он запускает строительство, целью которого является создание определённой системы, то есть индивидуальное развитие растения или животного. Согласно гипотезе оба эти свойства разделены. Строительная технология, применяемая жизнью, вовсе не должна ограничиваться только теми созданиями, которые могут возникать самостоятельно в процессе эволюции сначала химических соединений, а затем соединений жизни, то есть без всякого направленного на это внешнего воздействия. Интуиция подсказывает, что труднее найти субстанции для самоорганизации, понимаемой как строительство организмов в ходе их дальнейшего развития, чем такие субстанции, которые не могут самостоятельно объединяться в зародыш подобной активности, но могут после принудительного объединения проявлять подобие органической активности. Ведь эволюционная задача должна была решаться в два этапа: жизни требовалось сначала возникнуть и только затем она могла развиваться в разных направлениях. Если специфические условия среды служили этому возникновению как подмостки, от которых не осталось и следа, то a priori¹ можно считать, что разум и знание могут искать такие или другие подмостки в более широком смысле, чем биогенез. При этом речь идёт не о строительстве каких-либо „готовых“ организмов или псевдоорганизмов, а о начале процессов, которые сцеплены нами и движутся уже сами, словно двигатель благодаря стартёру. Иначе говоря, я утверждаю, что множество систем, способных к самопроизвольному возникновению из неодушевлённой материи, меньше множества элементов, которые сами в органические системы соединиться не могут, но которые к такому соединению можно привести. При этом речь идёт не об оригинальности строительного материала, а только о методике, основанной на том, что определённая информация, молекулярно закодированная, может быть самореализующимся прогнозом собственного структурного состава. („Слово стало телом“.) Таким образом, ориентированная конструкторская деятельность наделяет свои творения значительной самостоятельностью. Как раз отсутствием подобной самостоятельности отличаются плоды наших технологий от плодов технологии эволюционной. Короче говоря, речь идёт о постановке заданий, а не об их непосредственном исполнении. Задание, „поставленное“ жизни эволюцией, сводится к существованию вопреки произвольным препятствиям, а разнородность препятствий (и окружающей среды) вызывает видообразующую разнородность. Конструктор может эту задачу произвольно изменить, поскольку самосохранение вовсе не должно всегда быть важным свойством продукта. Поэтому я вижу корень эволюционной технологии в „информации, закодированной так, чтобы она сама преобразовывалась в желаемую материальную систему“. Если мы внедрим это правило в энергию и вещества, к которым жизнь не имеет доступа, то выйдем как из ограничений, характерных для всего живого, так и из ограничений,свойственных нашим многочисленным технологиям.

Следовательно, я считаю современную генную инженерию детской фазой молекулярной инженерии, как биологической, так и внебиологической. В настоящее время растёт объём знаний о механизмах наследования. Создаются генные библиотеки и приспособления, позволяющие комбинировать выбранные гены под автоматическим (компьютерным) контролем. Прототипы этих приспособлений сократили время работ, длившихся до этого годы и месяцы, до недель, дней и часов. Вместе с тем новые открытия, вроде открытия подвижных генов или немых, не кодирующих никаких наследственных черт, нарушают остов тезисов, принимаемых до сих пор за аксиомы. Подверглась сомнению аксиома, что мотором эволюции были только стихийные мутации. Спор о способах возникновения видов должен разгореться вновь. Я склоняюсь к версии, познавательно полезной, что два миллиарда лет, разделяющие возникновение прокариот от эукариот, были не застоем, не работой стихийной мешалки до момента наступления случайной „счастливой полосы“, а временем, в котором генные структуры разжились составом, расширяющим их созидательный строительный потенциал. Присутствие стихийного фактора в наследственности несомненно. Однако если в геномах ничто не ограничивает стихийности, то генная инженерия не уйдёт далеко от своих нынешних достижений, поскольку до конечного состояния, которое будет результатом серии случайных жребиев, напрямую нельзя дойти ни одним конкретным методом, также как и до результата в числовой лотерее. Если генератор разнородности случаен, а окружающая среда представляет только ограничитель его разброса, ничто, кроме другого случайного генератора, не сможет моделировать деятельность с тем же эффектом. И поэтому, чтобы получить основу для оптимистического прогноза, к первой гипотезе о раздельности самовозникновения жизни и информационных технологий жизни как создателя видов надо добавить вторую гипотезу о существовании не только случайного состава генов. Переформулировка сомнительных гипотез в последующих предположениях — это некое самоуправство. Однако на таких предположениях строится любой прогноз. Но при этом желательно знать, что же было выдвинуто таким безапелляционным способом.

Надежды сторонников генной инженерии обращены сегодня на такие области, как сферы её потребительского применения: пищевая промышленность (существуют уже бактерии, производящие съедобные белки), фармакология (есть микроорганизмы, производящие инсулин и другие гормоны), энергетика (среди других перспективными здесь кажутся фотобактерии), горное дело (микроорганизмы использовали в нём ещё до появления генной инженерии, хотя, скорее, второстепенно), сельское хозяйство, охрана окружающей среды, медицина. Большой капитал ещё воздерживается от серьёзных инвестиций в эти области, ощущается отсутствие поддержки фундаментальных исследований. К концу столетия эта ситуация должна измениться к лучшему. Поскольку приведение здесь каталога достижений генной инженерии и её ожидаемых вскоре достижений нарушило бы связность текста, ограничусь показом границ этой фазы конструктивной биологии. Первое ограничение — ресурсы доступных генов. Действительно, можно переносить гены высших организмов в низшие, чтобы бактерии производили, например, интерферон, но нельзя с помощью таких имплантаций соединять углерод и водород, чтобы получить топливные углеводороды, так как нет генов, прямо кодирующих этот процесс. Можно синтезировать гены, которых нет в природе, но гены — это строители и распорядители белков, следовательно, придется сначала проектировать такие циклы процессов, которые не входили до сих пор в репертуар биологического обмена веществ, а это уже задача совершенно другого порядка, несравнимо более трудная, чем относительно прямое (хотя также пока очень сложное и трудоёмкое) введение генов, взятых из существующего в видах резерва. Это уже не извлечение слова из словаря, а образование неологизмов, но, чтобы неологизм имел смысл, он должен что-то означать. Здесь мы видим как раз второе ограничение, вытекающее из возможностей изменяемости организмов, ибо если геном — дирижёр, то он не может навязать оркестру исполнение того, что тот не способен исполнить из-за отсутствия необходимых инструментов. Многие растения не способны сами усваивать азот из почвы не потому, что эволюция упустила при их строительстве определённый ген, а потому, что энергетика этих растений не допускает этого усовершенствования. То, что не выполняет ни один тип химических реакций, годящихся для запуска в живой клетке, не может быть успешно кодировано каким-либо геном. Однако если к этим самым конечным состояниям могут вести разные каталитические пути, это ограничение будет иметь характер относительный, и его смогут преодолеть знания проектанта вкупе с изобретательностью. Однако столь глубокие перестройки произойдут не скоро, быть может, мы приступим к ним в первой четверти XXI века. Преодоление порога ограниченной имплантации генов может также осуществиться довольно неожиданно, как бы с другой стороны, а именно при создании „ужасных гибридов“, возникших из объединения клеток очень отдалённых друг от друга видов. Но эти проводимые уже сегодня скрещивания при всей их эффектности делаются вслепую, методом проб и ошибок, ибо не существуют даже изученные до конца генные карты организмов, и успех в виде полученной „помеси“ — результат счастливого случая, который нельзя предвидеть.

Третье и последнее ограничение для созидающей биологии — это группа фундаментальных законов природы, таких, как законы сохранения и термодинамики. Они имеют характер запретов. Поскольку нельзя ни произвести энергию из ничего, ни меньшую превратить в большую, не сделают этого ни модифицированные, ни полностью синтезированные организмы. Недоступными сферами останутся также для них окружающая среда, губительная из-за высоких температур или большого уровня радиоактивности. Однако эти барьеры могут оказаться преодолеваемыми, когда биоконструктор начнёт отказываться в своих созданиях от черт, обязательных для естественной жизни, — способности к размножению или тепловой чувствительности белков. Сказав это, мы дошли до границы, отделяющей первую биологическую фазу экспериментирования с жизнью от следующей, парабиологической.

Напрашивается такое замечание. В качестве тягловой силы человек изначально использовал животных, однако сейчас более эффективны приспособления, ни в чём не похожие на лошадей. Подобного отклонения от возникших в ходе эволюции форм и функций естественных организмов я ожидаю в молекулярной биологии через пятьдесят-шестьдесят лет, то есть тогда, когда она перестанет быть sensu stricto² молекулярной биологией, преобразовавшись в химию парабиологического синтеза. Во многих случаях возникнут дилеммы произошло ли уже опровержение правила omne vivum ex vivo³ или ещё нет. Такие проблемы классификации появятся тогда, когда генная инженерия и молекулярная биология создадут боковой отросток в виде веществ, часто с клеточным строением, отчетливо проявляющих черты жизни, но лишь некоторые — как, например, способность к самовосстановлению и авторепликации или неизвестные ни у каких видов варианты обмена веществ. Вещества, способные к упорядоченному росту, перерабатывающие почву в собственное вещество, с достаточно сложным строением, чтобы они могли, как живой организм, работать за счёт собственной энергетики, вещества, с точки зрения биолога, „умирающие“ после периода роста, а с точки зрения архитектора — застывающие в проектируемые формы, вещества, способные к образованию определённых предметов, образуют классификационные дилеммы скорее для философа, чем для инженера. Таким образом, огромная брешь, зияющая между неодушевлённой и одушевлённой материей, будет настолько заполнена, что попытки чёткого разделения новых творений на биологическую или абиологическую природу станут беспредметными и будут свидетельствовать только о нашем умственном бессилии. Представим себе, как в растворе, содержащем ионы тяжёлого металла, начинает развиваться создание с таким „обменом веществ“, что выхватываемые из окружающей среды частички металла скапливаются у него внутри, и, когда это создание через некоторое время вынут из оживляющей ванны, можно будет получить из него запасную часть какой-нибудь машины так, как из телячьей ноги вырезали бы бедренную кость. Этот пример недостоин того, чтобы его понимать буквально, ибо он должен только показать, что означает выход за пределы биологии в парабиологию и какие понятийные трудности может вызвать такой шаг. Металлический объект действительно возникает при участии процессов, похожих на те, что происходят при окостенении скелета плода, но процессы эти являются с биологической точки зрения аберрацией, ибо не представляют собой фрагмент эмбриогенеза. В подобных ситуациях ничто, кроме принятия соответствующей конвенции, не позволит выполнять традиционные разделения. Появление полимеров, перенимающих некоторые свойства живых тканей, но имеющих одновременно и свойства, чуждые им, я предполагаю в середине следующего столетия. Они могут быть или продуктом псевдоорганизмов, выращенных именно с этой целью, или определённым этапом их „телесного роста“. В приведённом выше примере псевдоорганизм можно отбросить после получения из него желаемого объекта, но желаемым объектом может быть и сам этот „организм“, если речь идёт о строительном материале на полпути между твёрдой соединительной тканью и пластичным веществом, которое должно застыть в изначально заданной форме.

Намного раньше, а именно ещё в зените биологической фазы, библиотеки соответствия генов и фенотипов будут зафиксированы в памяти компьютеров, поскольку роль компьютеров как основы для проектирования в промышленной биологии станет огромной. Проектировщик будет разыгрывать разные варианты, рекомбинируя черты естественных организмов или, позднее, компонуя псевдоорганизмы с заданными параметрами и функциями. Он будет опираться на блок-схемы и аналоговые модели, проектируемые на компьютере, в котором перед этим были запрограммированы физико-химические условия окружающей среды, земной или внеземной, а также задача, которую должно выполнить проектируемое творение. В малом объёме этого прогноза невозможно хотя бы только перечислить основные области применения генной и парабиологической инженерии, но следует, однако, отметить, что эти задачи вовсе не будут ограничиваться вмешательством генетически модифицированной или смоделированной жизни в другие её проявления, от животноводства и земледелия до ветеринарии и медицины. Так, например, сырьё и металлы, называемые сегодня невозобновляемыми, не исчезают, а только подвергаются сильному распылению, и их можно было бы получить обратно благодаря организмам или псевдоорганизмам, проявляющим хемотаксис к этим веществам. Подобные работы в действительно большом промышленном масштабе можно будет предпринять только тогда, когда возникнут зачатки искусственного биоценоза. В каждом биоценозе происходит циркуляция элементов и химических соединений, в основном пищевых, по цепочкам, звенья которых — растения и животные, и это движение может приобретать геологические размеры, о чём свидетельствуют многочисленные минеральные отложения палеобиологического происхождения, как, например, известняк. Круговороты, которых в природе нет, можно будет привести в движение так, чтобы стало возможным не только получение промышленно рассеянных материалов, но и эксплуатация таких рудников и месторождений, которые нельзя использовать с помощью традиционных технологий. Следует также подчеркнуть, что если сейчас капиталоёмким является как создание промышленных технологий, так и поддержка их развития, то тогда капиталоёмкими будут только фундаментальные исследования и внедрение конструктивной биологии, но зато после внедрения технологии в отдельные области биосферы её продукция будет стоить не больше, чем выращивание растений, а скорее меньше.

То, что я говорил до сих пор, показывает, что многие кризисы, которые сегодня кажутся нам непреодолимыми и даже угрожающими существованию цивилизации, можно будет ликвидировать или обуздать в результате биотехнического манёвра. К сожалению, эти лучезарные перспективы может затмить их чёрный реверс. Возможность проектирования нового биологического оружия — это неизбежный спутник полезных результатов генной инженерии уже у её истоков. Особенно опасной может оказаться синтетическая вирусология, не ограничивающаяся увеличением вирулентности существующих микробов. Болезнетворная деятельность естественных микробов никогда не бывает стопроцентно смертельной, поскольку вид, столь успешно преодолевающий органическую защиту хозяев, гибнет вместе с ними. Даже эволюционно молодые и потому особо вредные микроорганизмы ослабляют свою вредность, многократно проходя через атакуемую популяцию, поскольку выживают среди них те, которые очередными мутациями направлены к состоянию динамического равновесия с хозяевами. Однако эти естественные тормоза летальной деятельности сможет устранить инженер-генетик, создающий оружие. Впрочем, не только самые вредные формы будут целью его поисков. Есть много вирусов, способных существовать в человеческом организме целыми годами в скрытом состоянии, активизируясь только в позднем периоде жизни или под влиянием других внутренних или внешних факторов. Собственно говоря, формы, действующие с опозданием, будут особенно хорошо способствовать проведению криптовоенных акций, причём изощрённо выборочным методом. Их мишенью могут стать, например, женщины. Вирус, локализуясь в организме, не выдаёт себя ничем, но, когда женщина забеременеет, этот вирус вызовет превращение плаценты или плода в злокачественное новообразование. Можно представить себе вирусоподобное оружие, или действующее с заданным запаздыванием, или активизирующееся в результате изменений, происходящих в организме, таких, как беременность, или, в конце концов, запускаемое особым „детонатором“ в виде генного активатора, который может рассеиваться в воздухе, добавляться в питьевую воду и т. п. Когда появятся возможности его синтеза, вся эта область окутается тайной. Против синтетических форм, с которыми человек никогда не сталкивался, защитные силы организма окажутся беспомощны, а закаливание всей популяции будет невыполнимо из-за огромного разнообразия этих форм, насчитывающих по меньшей мере тысячи. Утаить проведение таких работ будет намного легче, чем, например, производство боевых ракет или строительство их пусковых установок. Поэтому развёртывание успешного контроля над этой областью вооружений будет чрезвычайно проблематично. Можно вдобавок атаковать противника не прямо, то есть целясь в его население, а опосредованно, вызывая различные поражения, имитирующие естественные неудачи, например неурожай, эпизоотию среди животных и т. п. Это биологическое оружие особенно хорошо пригодно для подрыва господствующей доктрины возмездия или „второго удара“ (second strike capability). Если нельзя с полной уверенностью установить, был ли нанесён первый удар, невозможно принять рациональное решение о нанесении ответного удара. В мире с таким оружием контроль, установка равновесия сил и их политическая гарантия становятся недостижимыми, так как размыто разграничение между войной и миром. Я не буду рассказывать дальше о множестве мрачных перспектив мобилизованной генетики и закончу таким замечанием всё зло может осуществляться не потому, что наука является источником несчастий, а потому, что действует она в мире, раздираемом антагонизмами.

Бьюсь об заклад, что биологической войны не будет, в чём убеждают меня оптимистические составляющие этого прогноза, и попробую показать перспективы, которые появятся к концу предвидимого периода. Я не упомянул о многих реальных возможностях, поскольку о них пишут как в специальной литературе, так и в предназначенной для широкой публики. Я не упомянул о возможности лечения наследственных болезней, о поддержке защитных сил человеческого организма, о преодолении иммунологических отклонений, при которых организм сам себя атакует и уничтожает, ибо классифицирует отдельные собственные ткани как чуждые, а также об индивидуальном приспосабливании синтетических антител и сывороток к биологической конституции больного, что предотвращает лекарственную и белковую аллергию. Скажу только, что в медицине проявится новая тенденция, при которой лечение многих недугов из экстренного вмешательства станет процессом непрерывным. Это сделают возможным различные виды прививок, биохимически защищённых от реакции отторжения, а незаменимым инструментом терапии станет компьютер, содержащий модель конституции больного, чтобы в случае необходимости оптимизировать терапию не только для определённой болезни, но и для определённого человека. План такой терапии составляет врач, почти так же, как стратег, пользующийся электронным симулятором в военной игре. Кроме того, могут появиться методы бескровной хирургии, которая заменит традиционную хирургию благодаря таким перестроенным или синтетическим микроорганизмам или вирусам, задачей которых будет, например, лечение закупоренных тромбами кровеносных сосудов, прежде осуществляемое путем радиоактивного или биологического воздействия. Относительно же многих иллюзий, сегодня широко распространённых и захватывающих, вроде технологий клонирования, я не думаю, чтобы могло дойти до „выращивания человеческих экземпляров из отдельных клеток тела“, поскольку не вижу ни экономических, ни каких-либо других причин, по которым можно было бы перенести такую процедуру с киноэкранов в действительность. Также к области фантастических фильмов надо отнести мысль об „искусственном создании человека и сверхчеловека“. Воздействие подобных идей на коллективное воображение отчасти можно объяснить вызванными страхом реакциями, которые сегодня пробуждает наука, представляемая в виде заговора против человечества. В таких иллюзиях возвращаются древние мифы, легенды о гомункулусе или сказки о трупе, воскрешённом Франкенштейном. Зато желательной я считаю постановку вопроса о дальнейших изменениях, пусть и неблизких к реализации, а в качестве проектов далёкого будущего, которые возникнут на основе уже осуществлённых достижений. Коллизии промышленной цивилизации, находящейся в фазе роста, с её планетным окружением можно коротко назвать коллизией техносферы с биосферой. Биосфера, в которой существуют отдельные биоценозы материков и океанов земного шара, подвергается таким повреждениям, которые могут угрожать её динамическому равновесию, что было бы губительно. Одной из наиболее смелых задач созидающей биологии может оказаться поддержка этого утерянного динамического равновесия. Этого не сделают никакие спорадические вмешательства, ни отдельные плоды генной инженерии; не может также стабилизирующая деятельность ограничиться пассивной защитой окружающей среды, например, благодаря выхватыванию синтетическими организмами субстанций, загрязняющих воду, воздух и почву. Мне кажется непонятным, почему футурологи, особенно экологической ориентации, не принимают во внимание возможности новой биологии, когда предвещают в своих прогнозах конец света, вызванный проблемами биосферы.

Разумеется, я не знаю, осуществит ли человечество амбициозный план спасения, поскольку его реализация кажется утопией не с точки зрения состояния знания, а с точки зрения политической ситуации в мире: такой проект невозможно осуществить в каких-либо государственных границах. Элементы искусственного биоценоза следует вводить в биосферу во вне-государственном масштабе. Это не значит, что этот процесс должен происходить на всей поверхности планеты, но одновременно осуществлять гонку биологического вооружения и браться за лечение биосферы — это то же самое, что одновременно гасить пожар и подливать масла в огонь. Как я уже прежде называл идеал, достойный достижения с помощью созидающей генетической биологии и парабиологии нового синтеза⁴, так и сейчас могу назвать проект создания технобиоценоза далёкой и достойной усилий целью коллективных начинаний. Под технобиоценозом я понимаю систему, составленную из производственных технологий в развитии, а также из биоценоза, причём между этими составляющими имеются и стараются сгладить их противоречия системы микро- и макроорганизмов, спроектированных так, чтобы учитывалась взаимозависимость технологий и биоценоза и чтобы они приспосабливались к условиям окружающей среды. Так, технобиоценоз должен стать высшей системой, состоящей из действующих производств, из локального биоценоза и из своего рода антипроизводства, являющегося плодом традиционной биологии.

А в ещё более далёкой перспективе рисуется постепенное заимствование биотехнологией некоторых секретов традиционных технологий. Отдалённой целью станет тогда технобиосфера, принципиально похожая на жизнь в планетарном масштабе, учитывающая взаимозависимость подсистем и их увеличивающуюся регулируемую сложность. Это мнение подтверждает закономерность человеческой истории, заключающуюся в том, что развитие цивилизаций всегда соответствовало усложнению созидательных процессов. И это notabene является причиной трудностей, с которыми мы сейчас боремся, потому что чем проще система, тем легче ею управлять, используя наиболее простые процедуры, силовые, зато „насильное управление“ сложными системами чаще всего даёт результаты, обратные предполагаемым. При этом регулирование, ориентированное на состояние оптимального равновесия, заменяют действия, которые система как бы замораживает и потому парализует в развитии.

Как можно себе представить эту технобиосферу — как случайное соединение методов, подсмотренных человеком у природы неодушевлённой и природы одушевлённой?

Это можно сделать бесчисленным множеством вариантов, поскольку как творение цивилизационного плана, а не спонтанной игры сил такая целостность должна определить ценности, на которые направлена.

Каждый естественно возникший биоценоз стремится к сохранению динамического равновесия также и ценой вымирания, и возникновения создающих его живых видов. Все эти виды являются, если рассматривать их по отдельности, ценностями второстепенными, преходящими, а постоянным остаётся только приспособленческое упорство, установленное жизнью в отношении к изменчивым во времени и пространстве нарушениям. Ясно, что эту главную задачу биоценоза придётся модифицировать, если для нас не безразлично, какие виды растут, а какие исчезают. Каждая такая модификация раскроет, однако, недостаточную выполнимость всего, что хочется. Даже если бы всё было возможно, то не одновременно. Явление, которое называют историческим прогрессом, создаёт конфликты и, ликвидируя их, порождает новые, а людям, живущим в данную историческую минуту, этот процесс может казаться фатальной и даже неустранимой угрозой. Да и любая форма технобиосферы не выведет человечество на плоскогорье абсолютно гармоничного существования. Проблемы непреодолимых дилемм выбора выходят за рамки приведённого прогноза и даже за пределы любой попытки чисто умозрительного предвидения будущего. Самым подходящим местом для такой попытки является проект, воплощённый в фантастическом произведении, например в таком, которое я написал в последнее время, — „Осмотр на месте“.

wsyachina.narod.ru